Уходящие в лабиринт

Даже в «отличные» времена у туристов в Туркмении случались конфликты с местными жителями. А что сейчас там творится? Ехать боязно. И всё же ностальгия по прошлому побеждает, и чем далее – тем больше (со времени последней нашей поездки прошло семь лет). Всё же решаем ехать. Как обычно, в марте. Сообщаю эту новость моим воспитанникам из секции туризма детско-юношеского центра. Они безрассудно рады, потому что много слышали и читали о сказочных гипсовых пещерах необыкновенного по собственной природе района Кугитанг-Тау. В ноябре посылаю письмо со обилием вопросов собственному старенькому знакомому, водителю из Чаршанги Уралу Худайбергенову. Он оказался жив-здоров, ответил, что всё в порядке и ждёт нас с нетерпением, ведь неважно какая группа туристов – это определённая добавка к очень бедной заработной плате обитателей Восточной Туркмении. Обнадеживает и общение с новосибирским спелеологом Валентином Мишиным, побывавшим в пещерах в прошедшем году, он убедил нас: никаких заморочек нет. Достаем из загашников топосъёмки пещер, кроки подходов. Малыши наседают на родителей: всё-таки 800 рублей – средства немалые, а наша бедная экономная организация может посодействовать только продуктами (и за это огромное спасибо!).
В конце концов 19 марта направились в путь. Ехали на поездах четыре денька (с маленькими перерывами на пересадках). На всех 4 границах (Казахстана, Киргизстана, Узбекистана и Туркменистана) заморочек с таможенниками и милицией не появлялось. Лицезрев ранцы, задавали только один вопрос: «Спортсмены? Альпинисты?» – и проходили мимо, в худшем случае проверив паспорт управляющего и наличие перечня группы. В Ташкенте сразу (по совету проводниц нашего вагона) приобрели билеты на оборотный поезд, по другому пришлось бы это делать у перекупщиков. Аналогично и с обменом средств – эти операции преследуются законом, но поменять валюту можно и у вокзалов, и на рынках… (Поменять средства официально можно исключительно в банке, но курс там просто разорительный.)
Просто приобрели билеты до ст. Чаршанга (последняя станция на нашем маршруте), и через 12 часов у поезда нас повстречал отрадно улыбающийся Урал. Он здесь же сказал, что его новый автобус сломался, но транспорт он нам найдёт. Этот «новый» автобус оказался таковой развалюхой, что мы только обрадовались его поломке, потому что навряд ли он сумел бы заехать на хребет. Перекусив в доброжелательном доме нашего знакомого, двинулись в путь на разлюбезно поданном нам грузовике.
Смотрю за настроением ребят и вижу некий немой экстаз и удивление от всего: от переезда из зимы в лето, от экзотичного вида местных обитателей, от пустоты огромных домов, в каких из мебели в наилучшем случае только холодильник, телек да сервант. По дороге в Карлюк заехали на озеро Кайнарбобо, в каком, невзирая на сильный ветер, все с наслаждением смыли с себя поездную пыль. В посёлке познакомились с инспектором Кугитангского заповедника, охраняющим Карлюкские пещеры, и прихватили его с собой. Пока люд переносил вещи в облюбованный нами для стоянки входной грот пещеры Промежная, мы угостили Арала (инспектора) наивкуснейшей новокузнецкой водкой, пытаясь сразу решить делему платы за посещение пещер. В конце концов после длительных переговоров условились на 350 р. за посещение всех пещер (поначалу было $100 только за Геофизическую).
Грот пещеры Промежной, в каком нам предстояло прожить наиблежайшие 10 дней, отыскали в том же состоянии, что и семь лет тому вспять. Выстроили стол, очистили от камешков лежбища, приготовили ужин. Воду решили брать в пещере, потому что в каньоне, как показала разведка, припасы воды иссякнут не сейчас так завтра, ну и качество её оставляет вожделеть наилучшего.
Сходу скажу, что практически весь запланированный нами маршрут был пройден: пещеры Промежная, Кап-Кутан, Хашм-Ойик, Таш-Юрак, Геофизическая. Не поддалась нам только Вертикальная: промучившись полдня, ребята так и не смогли пробить колодец под SRT (так именуется техника спуска по одной веревке – Прим. ред.). Девченки были так расстроены этим, что всё же спустились до первой полки на глубине 20-25 м и, частично удовлетворённые, здесь же поднялись назад.
Лицезрели мертвого дикобраза, упавшего в шурф неподалеку от входа. У ребят был соблазн поживиться на память иголками животного, но я категорически воспретила им это, вспомнив, что конкретно дикобразы являются переносчиками таинственных клещей, водящихся в пыли Кугитангских пещер, жертвой укусов которых я стала в 1989 году. Тогда ни один доктор не мог поверить в причину возникновения длительно не проходящих на моем теле язв. (Аргасовы клещи достаточно небезопасны как переносчики клещевого возвратимого тифа. Если сразу не начать лечиться антибиотиком широкого профиля, к примеру левомицетином, который должен заходить в состав туристической аптечки, у европейца в 5% случаев заболевания наступает смертельный финал. Разбираются в схожих заболеваниях только врачи-эпидемиологи. – Прим. ред.)
Неизменное воспоминание произвела пещера Геофизическая. Даже было жалко, что она оказалась 2-ой в перечне пройденных – этот «вкусный кусок» необходимо было бы бросить в итоге, по другому воспоминания от других полостей блекнут на фоне этого сокровища. По непередаваемому королевству белоснежного блестящего гипса мы передвигались только с босыми ногами. Леса каменных ёлок, «куриные» лапы, свисающие со свода; необычные кристаллы узкой вычурной работы, напоминающие заросли морских кораллов; тонкие метровой длины трубчатые сосульки; ониксовые флаги и полотна полосатого кальцита, драпирующие стенки гротов; и не поддающиеся никакому рассказу уникальные природные образования – тончайшие иглы длиной до 30 см белоснежного прозрачного гипса – все тут поражает воображение.
Слава Богу, пещера крепко закрыта сильной круглой дверцей, похожей на лючок, которую мы еле-еле открыли ключом: напрочь заржавели засовы. Думается, это в значимой степени выручает волшебство природы от неосмотрительного, а нередко и предумышленного воздействия человека. Вот в Таш-Юраке на всех белоснежных колоннах гипса повсевременно встречаются надписи чёрной сажей типа: «Тут был Рахманов». А на кровожадные следы геологов, и до настоящего времени промышляющих ониксом, просто больно глядеть. А ведь когда-то это были полости, потрясающие собственной красотой, – это можно представить по потайным уголкам пещер, в каких ещё сохранилось кружево немыслимых переплетений гипса.
В Кап-Кутане обычно побывали в гроте Ялкапова у ониксового занавеса – так именуемого «Флага», а в Хошиме не могли обойтись без того, чтоб не сфотографироваться в надломленных «скорлупках» гипсовых «яиц».
Как никогда нам «везло» на встречи с разными тварями. Были встречи со змеями, большими ящерицами, два раза натыкались на скорпионов, а черепахи на поверхности Земли так и шныряли под ногами. Добавьте к этому поля цветков, повсевременно расцветающие кустики миндаля, пестреющие разными цветами полянки зеленеющей травки, многометровые вертикальные скалистые стенки каньонов и солнце, солнце – и вы представите Туркмению, приветливую, добрую и радующуюся своим гостям. Остаётся только пожалеть, что очень далековато мы живойём и нет способности приезжать сюда чаще не только лишь на экскурсии, да и для работы – выискать, покопаться, поисследовать.

А сейчас пожелания последователям.
1. Не третируйте оформлением маршрутных документов, говорящих о вашей принадлежности к организованным туристам. Это нужно и для получения погранпропусков.
2. При заезде в Чаршангу необходимо встать на временный учёт у пограничников и у местных властей. Для представителей заповедника отсутствие отметки об учёте – одна из основных обстоятельств для выселения туристов из района.
3. До того как попасть в район пещер, необходимо условиться об оплате с управлением заповедника – сдерут много, но моральный вред от практически каждодневного посещения разных инспекторов, хоть какой разговор (обычно, многочасовой) с которыми завершается уплатой штрафа, будет еще больше. С нас, в итоге, за три приёма (инспектор, зам. директора по охране природы и сторож пещер) выудили около 500 рублей. Причём всякий раз давали расписки в том, сколько и кому мы давали средств, но это никого не тревожило. (Есть единственный официальный метод: условиться с Министерством природопользования в Ашхабаде о посещении пещер. – Прим. ред.)
4. Выезд из Чаршанги непрост: поезд стоит на станции всего 2 мин., а двери вагонов проводники почему-либо не считают нужным открывать вообщем. Прометавшись полторы минутки повдоль поезда, мы штурмом взяли случаем открывшуюся дверь (высаживали пассажира), снеся на своём пути и дверь, и проводников. Можно представить наше отчаяние, если за оставшиеся полминуты мы, 15 человек, смогли влезть и не бросить снаружи ничего из груза. Видимо, удобнее выезжать из Керифа (от Чаршанги ещё 40 км) – там поезд стоит полчаса. Приготовьтесь к тому, что в вагоне ваше место окажется у туалета, который уже лет 20 не убирался, а ни одна из дверей не запирается, из положенных по билету спальных мест в наилучшем случае одна полка на троих («пожалуйста, третьи, если не заняты, в вашем распоряжении»).
5. Если вы задерживаетесь на пару дней в Ташкенте (а этот дивный город стоит того, чтоб предназначить ему часть времени), здесь же на вокзале в квартирном бюро за $2 в день можно снять хоть какое жильё по вкусу.
6. Невзирая на то, что уплата разных штрафов не заходила в наши планы, за рамки определённой ранее сметы мы не вышли благодаря тому, что цена ж.-д. проезда в Средней Азии существенно ниже, чем по Рф, хотя и нет льгот для школьников.
7. При выезде из Ташкента нужно заполнить таможенную декларацию всем членам коллектива в 2-ух экземплярах на вывоз личных вещей и валюты, но менее той суммы, которую вы зарегистрировали при заезде. Наша группа по неведению не сделала этого по приезде в Ташкент и чуток было не лишилась собственных кровных на оборотном пути. Мне пришлось пообещать, что средства я тут оставляю своим родственникам (типо), и здесь же купюры далековато запрятать. По счастью, никаких проверок на оборотном пути не было.
Родной Новокузнецк не встречал нас цветами и оркестром. Очень контрастировало угнетение влажного, прохладного, снежного перрона с той сказкой, в какой мы были всего только пару дней тому вспять, ну и ожидали нас почему-либо только днём позднее. На вопрос: «Как съездили?» – отвечаем: «Замечательно!» Поразительно, но весь «негатив» забывается еще резвее, чем всё остальное. Просто, наверняка, так устроены все люди, специализирующиеся этим необычным и редчайшим видом времяпровождения – спелеотуризмом.

Аналогичный товар:
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.