Северная стена пройдена!

Северная стенка пройдена!

О том, как проходило восхождение на Эверест по новенькому, 16-му маршруту, корреспонденту «ВВ» поведал участник экспедиции москвич Виктор ВОЛОДИН — мастер спорта, фаворит страны по альпинизму, поднимавшийся ранее на Эверест по традиционному пути, один из участников первовосхождения в 2001 г. на «русский восьмитысячник»
На верхушку Эвереста ранее года было проложено 15 маршрутов восхождений. «Авторы» 2-ух из их — наши спортсмены. 25 февраля 2004 г. к Горе отправилась из Москвы большая команда (20 человек), чтоб пройти ещё один (может быть, самый непростой) маршрут — по Северной стенке (подробности в № 63). Руководителю экспедиции Виктору Козлову и ст. тренеру Николаю Чёрному (оба москвичи) удалось собрать наисильнейшую команду, практически сборную страныСеверная стенка пройдена!, «цвет» российского альпинизма: Юрий Кошеленко (Ростов-на-Дону), Евгений Виноградский (Екатеринбург), Пётр Кузнецов (Красноярск), Глеб Соколов (Новосибирск), Павел Шабалин (Киров) и др. Мы с нетерпением читали сообщения из Гималаев: вот ребята закупили продукты в Катманду, вот сделали акклиматизационное восхождение на Ама-Даблам (6812 м), вот установили базисный лагерь, вот начали подъём по стенке… И в конце концов, в самом конце мая пришла веселая известие: Северная стенка пройдена! На верхушку за 3 денька поднялись 8 наших спортсменов! И все благополучно спустились по традиционному пути вниз, все живые и здоровы. ПОЗДРАВЛЯЕМ!
— Груза у нас было много. Практически всё снаряжение везли из Рф. Участникам пораздавали по целому баулу — спонсоры обеспечили каждого тёплой одежкой и другой личной экипировкой. А продукты и верёвки в целях экономии брали уже на месте, так как за каждый излишний килограмм веса приходилось платить авиакомпании по $40.
Обеспечение экспедиции стопроцентно лежало на В. Козлове (так же, как и в экспедиции 2001 г. на Лхоцзе). Он же нашёл спонсоров. Находить для себя индивидуального спонсора, как бывает в неких экспедициях, никому не пришлось.
После того, как прибыли в Катманду (Непал) и закупили там продукты и прочее, сделали для акклиматизации восхождение на Ама-Даблам (6812 м), которое заняло совместно с подходами около 2-ух недель. Позже поехали к Эвересту под Северную стенку. 30 марта прибыли в северный базисный лагерь (АВС) — здесь останавливаются все экспедиции, совершающие восхождение на Гору с севера, из Тибета. Никого ещё там не было, мы оказались первыми. Начали забрасывать грузы — а их было более 5 т! — в 1-ый передовой базисный лагерь (АВС-1) на высоте 5600 м. В этом участвовали 110 носильщиков и 120 яков. Позже организовали АВС-2 на 6200 м, прямо под Северной стенкой.
Пока одни занимались обустройством и обеспечением базисных лагерей, группы Кошеленко и Шабалина начали обрабатывать маршрут. Нижняя часть стенки не очень крутая, но поставить палатку на ней было проблематично. (Платформу под палатку мы не взяли.) И первую ночёвку на стенке организовали только через 20 верёвок, приблизительно на 7100 м. Ранее спускались вечерком вниз, в АВС-2. Оттуда утром подымалиь на 10-15 верёвок, обрабатывали ещё 3-5, и спускались ночевать. 1-ые верёвок 18 маршрута был незапятнанный лёд крутизной 45-50° (снег там сдувало), подниматься столько на «кошках» до конца «перил» было довольно тяжело. После того, как организовали Лагерь 1 (7100 м), стало проще. Обычно работали часов до 16: позднее усиливался камнепад, шёл снег. Временами дули сильные ветры, температура на высоте 6200 м была -13-15°С, на 6900 — уже -19°С. Многих истязал кашель, но это обыденное явление на таковой высоте. Шерпов мы научили работе с верёвкой, с жумарами (приходилось идти на 2-ух зажимах), они стремительно всё сообразили и носили грузы до высоты 7900 м.
Сначала за денек вешали 2-3 верёвки: было трудно, привыкали к стенке. Позже дело пошло: по 5-6 верёвок. Другими словами среднюю часть маршрута нормально прошли, а позже движение опять замедлились. Северная стенка пройдена!
После ночёвки на стенке повесили 15 верёвок до Лагеря 2 (7500-7600 м) и столько же до Лагеря 3 (7850-7900 м), который размещался на снежной полке. Для этого лагеря у нас были мелкие палатки, они умещались на полке бочком. Далее высился пояс рыжеватых скал, довольно крутой и непростой. Пока его проходили, спускались ночевать в Лагерь 3. Позже поставили временный лагерь (назовём его Лагерь 4) на 8300 м. И последний Лагерь 5 у нас был на 8650 м.
Пройдя пояс рыжеватых скал, подлезли под последующий — сероватый. Он нависающий, и там рыхловатые нехорошие горы. Первой там работала группа Шабалина. Тяжело им пришлось: очень высоко, всё нависает… Ребята стали находить обходной путь и отыскали его малость левее. Впрямую идти и времени не было, и кислород заканчивался. Кто-то даже предложил первой группе, уже вялой, спускаться. Никому не хотелось лезть по сероватому поясу впрямую: после 2-ух месяцев висения на Стенке, а перед ней на Ама-Дабламе силы уже заканчивались. (Кстати, я за экспедицию похудел на 5-7 кг.)
Кислород мы начали использовать с высоты приблизительно 7600 м. Его было по два баллона — не сильно много. Спали так: засыпали с подачей кислорода, позже или переключали её на минимум, или вообщем выключали. Лишь на самом верху использовали кислород повсевременно. Вернуть силы при таком режиме тяжело. Посодействовала, естественно, акклиматизация: мы хотя бы ели нормально, и голова не болела. На первых же выходах на высоту ничего в гортань не лезло. Поправлялись в главном ввезенными сублиматами, русские не успели взять, приобрели всё на месте. Вот только соки взяли российские — подарок спонсоров.
Юра Кошеленко принял решение отрешиться от восхождения и спустился с 7200 м вниз в связи с тем, что в верхних лагерях осталось ограниченное количество кислорода, на всех бы не хватило, и Юра оставил кислород участникам собственной группы (мне и Бобку), продолжившим восхождение.
Естественно, непогодица иногда нам здорово мешала. Один раз, когда очень задуло (это было с 1 по 9 мая), мы направились вниз, в селение Шегар (4200 м), на отдых, вернуть силы.
Травмы тоже были. Сначала подъёма сверху повсевременно падали камешки и по касательной зацепляли наш маршрут. Жилину и Бобку попало по ногам. Жилину пробило ногу, но он без помощи других спустился; было нагноение, сейчас всё зажило. Позднее плохо себя ощутил Юра Ермачек, ушёл в базисный лагерь. Архипов из Красноярска долез до 8300 м и тоже не сумел продолжать восхождение, спустился вниз по пути подъёма совместно со мной (я в сей день как раз делал грузовую ходку). Погода, кстати, тогда была страшная. В общем, серьёзных травм не было. Никто не поморозился, только Тухматуллин обморозил палец, снимая камерой, видимо, без рукавиц был.
В один прекрасный момент, уже 15-16 мая, вышло противное событие: в 16 часов со стороны традиционного маршрута кто-то скинул пустой кислородный баллон, который пропархал мимо ребят, чудом никого не задев. На другое утро история повторилась — совершенно рядом с работающими на стенке пропархал ещё один баллон. Может быть, они вытаяли из снега, а может, кто-то скинул с вершиСеверная стенка пройдена!ны. Задумывались, что с этой стороны горы никого нет (ведь до нас здесь никто так высоко не подымался).
Штурм начали с 7900 м. Приходили в лагерь 5, там ночевали. Далее шли без верёвок (они закончились на 8400-8500 м), не связанные, вразнобой, кто как (верёвки было надо подтаскивать снизу, а время поджимало — был уже конец мая, ну и погода установилась отменная, жалко было не пользоваться). Склон был довольно крутой, до 60°, да ещё начались черепичные сланцы, трудно было поставить «кошку».
30 мая на верхушку поднялась 1-я группа (Шабалин, Тухватуллин, Мариев), 31 мая — 2-я (Кузнецов, Соколов и Виноградский), я и Бобок — 1 июня. Выходили на рассвете, с первыми лучами солнца (часов в 7), и в 9-10 часов уже были на верхушке. Ранее выходить не имело смысла и небезопасно без верёвок. Эти три денька светило солнце, но 30 мая был ужасный холод, а 1 июня погода уже начала портиться, но на верхушке ещё было солнце и отменная видимость, правда, дул сильный ветер. Там я ощутил гордость: вот, сумел очередной раз подняться! Панорама прекрасная, всё видно: Лхоцзе полностью, Макалу как на ладошки. Краса!
При подъёме в последний лагерь Бобок отстал от меня часа на три, и Козлов передал, что при нехороший погоде либо самочувствии необходимо спускаться, потому что экспедиция уже удалась: шестеро побывали на верхушке. Нам обидно было ворачиваться с таковой высоты. Днем 1 июня погода начала портиться, и мы пребывали в нерешительности: подниматься либо нет. Пошли. И нам подфартило.
На верхушке находились около часа. Спускались по традиционному пути в сторону Тибета. Я к вечеру спустился в северный АВС. А 1-я группа очень утомилась (на ней лежала ответственность за выбор пути, обработку его…), потому ночевали на 8300 м. У нас было взаимодействие с группой Александра Абрамова из столичной Команды приключений «Альпиндустрии», и они на пути нашего спуска на 8300 м оставили нам палатку и 3 баллона кислорода. Группа Кузнецова догнала Шабалина и его товарищей 31 мая на седловине. Все совместно спустились в северный ABC.
Состав команды подбирали Козлов и Чёрный. Отбора, как в русское время (приседания, подтягивания, бег на Эльбрус…), не было: люди все бывалые, понятно, кто что может. Юный был только Букинич, взяли его по советы Кошеленко. Опыта у него было малость, но сейчас, естественно, прибавилось. На Ама-Даблам поднялся отлично, а на основном восхождении он, кажется, смог дойти только до 7000 м.
Команда была дружной, хотя сначала имелись разногласия по поводу выбора маршрута. Если б Кошеленко и Шабалин, пока мы занимались организацией базисных лагерей, начали маршрут чуток правее и пошли бы по маленькому снежно-ледовому контрфорсу, а не по чистому льду, то организовать Лагерь 1 можно было бы уже после 15-й верёвки. Подниматься каждый денек на 20 верёвок — это колоссальный труд, отбирает все силы. К тому же тратилось сильно много времени, часа 4, до мглы оставалось не достаточно. Мы тогда стали делиться: одна группа только затаскивала необходимое снаряжение наверх, а другая подымалась налегке и обрабатывала маршрут.
По сопоставлению с прошлыми экспедициями эта прошла умопомрачительно гладко. Фуррор почти во всем зависел от опыта участников, правильной организации. На подъёме всё было отлично, шла слаженная проф работа. Никакой брани на стенке. Каждый знал собственный график: три денька на стенке, позже спуск, подымается последующая группа.
Что больше всего поразило? На спуске, практически под самой верхушкой, я внезапно увидел труп. Я спускался по «перилам» (они на традиционном маршруте висят практически до самого верха), расслабился, ни о чём не задумывался, и вдруг — лежит. Один. 2-ой. До 10-ка! Мёртвых там не снимают. Увидел я 1-го знакомого: болгарин, юный юноша, приходил к нам в лагерь, общались. Смотрю: посиживает. Замёрз, а может быть, с сердечком что-то случилось. Психика, естественно, сходу нарушается после чего. Начинается переоценка ценностей. Думаешь, а для чего всё это необходимо?
Я вообще-то ощущал себя отлично. И была уверенность в успехе. Так и оказалось.
Встречали нас в Москве не так, как после Лхоцзе Средней — в главном, родственники. Высочайшего начальства никакого не было. Прошла пресс-конференция в РИА «Новости», а позже мы мелькнули в новостях по ТВ, вот и всё.
Последующие планы зависят от средств. Если Козлов соберёт подходящую на экспедицию сумму… Естественно, охото на К-2 — одну из наикрасивейших и неприступных вершин. И непременно по новенькому пути.

Виктор ВОЛОДИН

Аналогичный товар: Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.