Нефть и продовольствие

Нефть и продовольствие

В моем личном перечне городов, которые хотелось бы посетить, столица Азербайджана Баку занимала место кое-где меж Кемеровом и Черновцами. Нефть и продовольствие Или это так негативно подействовала пропаганда бессчетных друзей из армянской диаспоры, или это была психотравма, образовавшаяся после нескольких стычек в молодости с азербайджанцами, но Баку в моем подсознании представлялся каким-то кошмарным, прости господи, городом гоблинов. Попал я в него совсем случаем.
Мы были с товарищем в Тегеране. В муниципальном учреждении, на входе которого висела неунывающая табличка «Disciplinary and Foreign Affairs Office» (другими словами Министерство дисциплины и зарубежных дел), офицер поглядел на наши паспорта и, заместо того чтоб продлить нам визу, практически обходительно произнес:
– Пошли вон, собаки.
– Куда же нам идти? – спросили мы. – У нас сейчас завершается виза, мы не желаем гневить Аллаха, мы не желаем в зиндан.
– Идите пешком до афганской границы, — порекомендовал офицер и позвал охрану.
Товарищ не мог терпеть самолеты больше, чем зиндан, а нам необходимо было успеть выехать из этой исламской республики за 6 часов. До Турции было км девятьсот, до Армении, из которой мы приехали, чуток меньше, до порекомендованного нам Афганистана больше тыщи, до Азербайджана же около 600. Мы заказали такси, заплатили очевидно по двойному тарифу 70 баксов (в Иране бензин практически ничего не стоит), и, как в нехороших голливудских фильмах, где бомбы обезвреживаются за долю секунды до взрыва, мы пересекли границу в восемнадцать часов ноль минут. После серьезного мусульманского воздержания Азербайджан показался шахским гаремом. Можно валяться на песке у Каспийского моря в одних плавках. Можно демонстрировать локти — и никто не поразмыслит, что ты демонстрируешь свои половые органы. Можно говорить с девицами, глядя им прямо в глаза, а еще на нагие плечи и колени. Можно, в конце концов, пить, валяясь на песке, пиво, не опасаясь тюремного заключения. В пляжной кафешке приграничного городка Астара под пение Наташи Атлас нам пожарили осетра и выдали по пите, в какой было запихано гр по двести темной икры. Совместно с пивом и закусками ужин обошелся нам баксов в 10. В конце концов детская мечта поиграть в таможенника Верещагина, уплетая ложками черную икру, реализовалась самым четким образом. Потом мы сели на рейсовый автобус и в 6 утра оказались в Баку. Хотелось отыскать гостиницу, выспаться, походить по азербайджанской столице и быстрее двигаться далее в сторону милой сердечку Грузии. Сонные, ничего не понимающие, мы брели по старенькому городку, и места эти были страшно знакомы. Будто бы ты уже бывал тут и точно знаешь, как устроены лабиринты этих восточных улочек. «Чьорт побери!» – кликнул товарищ. Мы стояли на улице, где Семен Семеныч Горбунков поскользнулся, свалился, очнулся — и дальше гипс. После чего открытия город Баку был немедля одомашнен. Если там снимали «Бриллиантовую руку», это наш город. Несколько часов спустя пришлось констатировать, что посреди всех закавказских столиц Баку — самый прекрасный, ухоженный и более адаптированный для расслабления и положительных вибраций город. То, что его сначала прошедшего века называли восточным Парижем, это все-же перегиб, но гулять по улицам — одно наслаждение. Кроме старенького городка, занесенного ЮНЕСКО в монументы мировой архитектуры, тут сохранилась масса домов времен первой нефтяной лихорадки, когда в Баку добывалась практически половина глобальных припасов нефти. Тут сильно много модерна, а можно отыскать и неоренессанс, и неоготику, и необарокко, и классицизм, и даже ампир.
Но сперва, естественно, охото отправиться к морю, которого уж точно не отыщешь ни в Ереване, ни в Тбилиси. От порта повдоль Бакинской бухты идет проспект Нефтяников. Собственному наименованию он полностью соответствует — это около 5 км незапятнанного гедонизма. Набережная тонет в зелени. На каждом шагу кто-то жарит шашлык, подают чай с чабрецом в стеклянных рюмках ормудах с чудными вареньями из орехов, кизила и белоснежной черешни. Около сотки дедушек скучковались в скверике и играют утром до вечера в нарды. Плюс пара угрожающего вида кабаков, устроенных на пришвартованных кораблях, с лабухами, поющими чего-нибудть вроде «Плановая, плановая, привлекательная такая, стройная девчонка из Баку». 1-ые 5 минут в таком заведении тревожно озираешься по сторонам, а потом непременно кто-либо подмигнет, завидев приезжего, произнесет: «Ала, что там сидишь таковой печальный, иди скорей сюда, коньяк выпьем».
«Чьорт побери!» — кликнул товарищ. Мы стояли на улице, где Семен Семеныч Горбунков поскользнулся, свалился, очнулся — ну и дальше гипс
В этом расслабленном городке поразительно не достаточно туристов. В закрытом исламском Тегеране люди с картами под носом и с фотоаппаратами на животике встречались куда почаще, чем в Баку. Тут большая община экспатов, занимающихся нефтью, отвисающих по вечерам в специально для их открытых ирландских пабах, но туристов при всем этом — практически как в Колумбии. Когда какой-либо доброжелательный Мамед спрашивает: «Ала, для чего приехал?», честно отвечаешь — «Я в отпуске, отдыхаю». На это Мамед хитро улыбается и гласит: «Э-э-э! Для чего Мамеда обманываешь?»
Отдельная тема — гастрономическая. Невзирая на то что в Москве азербайджанская кухня представлена в самом наилучшем виде, все равно в Баку это совершенно другое. Главный вклад азербайджанского народа в мировую кулинарию — это, естественно, супы. Кюфта, где в прозрачном бульоне плавают нежнейшие комочки бараньего фарша, с алычой, мятой, шафраном и горохом нут. Либо пити по-шекински — суп с бараниной, каштанами и айвой. Это самая реальная высочайшая кухня. А по утрам, после бескомпромиссного застолья с ветеранами карабахской войны, идеальнее всего, естественно, хаш — самое действенное средство по борьбе с бодуном. Хаш превращает похмелье из муки в что-то очень приятное, ты его даже ожидаешь, чтоб позже таким приятным методом восстать к жизни.
Кроме азербайджанских заведений там масса очень аутентичных ресторанчиков с кухнями Близкого Востока. Иракцы, ливанцы, сирийцы готовят наивкуснейшую шаурму, хумус и чечевичный суп. И, естественно, тут наилучшие на всем пространстве бывшего СССР турецкие рестораны. Легче всего находить их в округах площади Фонтанов, очередной точки силы Баку. В каждом уважающем себя столичном городке должна быть пешеходная улица. В Баку такая улица не одна, а три, плавненько переходящих друг в друга, с центром на площади Фонтанов. Это целый обряд субботнего бакинского вечера. Дамы надевают вечерние наряды и неторопливо перебегают от одной пешеходной улицы к другой. Золото, леопардовые мини-юбки, ажурные чулки, глубочайшие вырезы и нагие спины. Все это передвигается по бродвею в головокружительных количествах. Сердечко начинает учащенно биться, и думаешь, что нужно бы на последующие выходные опять отправиться в Баку.

Аналогичный товар: Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.