Цветочное волшебство в Приюте Ясной луны

Цветочное чудо в Приюте Ясной луны Маленький город Камакура, расположенный в 45 километрах на юго-запад от Токио, заходит в число более важных достопримечательностей Стране восходящего солнца. Погружаясь в медленное течение местной жизни, тяжело поверить, что когда-то это место было военной ставкой и столицей страны. В 1180 году Минамото Ёритомо, глава могущественного клана, избрал рыбацкую деревушку на морском побережье для размещения собственных военных сил. Огромное значение имело очень прибыльное размещение — с 3-х сторон Камакуру окружают горы, а с четвертой стороны — море. После победы над противниками из рода Тайра он сделал свою резиденцию столицей, и целый период японской истории — с 1185 по 1333 г. — получил заглавие эра Камакура.
Сегоднящая Камакура — тихий провинциальный город (население около 175 тыщ человек), бессчетные храмы и святилища которого, гармонически вписанные в красочный холмистый ландшафт, сдержанно свидетельствуют о былом величии. Посреди их есть более и наименее известные, но они все действующие и отлично совмещают религиозные и музейные функции. Практически во всех проводятся разные празднички и фестивали.
Самыми известными достопримечательностям, привлекающими внимание туристов в хоть какое время года, являются храм Хатимангу (основан в XI в.), расположенный на верхушке холмика Цуругаока, и скульптура Дайбуцу (Большой Будда), но в июне одним из самых привлекательных уголков Камакуры становится Мэйгэцуин (Храм Ясной луны). Он находится в северной части городка, где размещены храмы буддийской секты Дзэн. Расположенный в стороне от шоссейной дороги, укрывшийся в складках лесистых бугров, огромную часть года он представляет пристанище тишины и покоя. В 1160 году один из самураев клана Моримото в память о погибшем в битве отце выстроил на этом месте собственного рода мавзолей — Мэйгэцуан (Приют Ясной луны). Через 100 лет тут был основан буддийский монастырь, в который вошел Мэйгэцуан, переименованный в Мэйгэцуин. Главный монастырь был упразднен в конце XIX в., а Мэйгэцуин подчинили примыкающему храму Кэнтёдзи.
У храма есть свои особенные святыни и важные захоронения. Главный объект поклонения — скульптура бодхисаттвы Каннон (в просторечии — богиня милосердия). Узреть этот образ тяжело, так как статуя находится в новеньком главном здании, закрытом для всеобщего обозрения. Но это не достаточно у кого вызывает сожаления, так как очень приятно даже просто прогуляться по местности, поглядеть на старенькые классические постройки, на расчудесный небольшой «сухой сад». Сделанный из гравия и специально подобранных природных камешков, он, как и все подобные храмовые сады, предназначен для медитации. Он расположен перед верандой старенького храма. Расположившийся на ней человек, погружаясь в созерцание идеально выстроенной композиции, отстраняется от обычного бега мыслей и перебегает к иному мировосприятию, в каком кроются настоящие духовные ценности. Очевидно, это просит определенных усилий и долговременной практики. Цветами же можно наслаждаться и не владея дзэнской дисциплиной. Конкретно они и завлекают в Мэйгэцуин бесконечный поток гостей в июне, когда пышноватые кустики с большенными листьями, которыми засажена вся маленькая территория храма, цветут большими шарами голубых, розовых и белоснежных соцветий. Это — гортензии, по-японски — адзисай. Поглядеть на фееричное зрелище движутся тыщи людей. Даже в будние деньки тесновато на узеньких дорожках, но умопомрачительная атмосфера цветочной феерии оставляет незабвенный след в памяти.
В храмовом путеводителе я увидела волшебную фотографию — пологая лестница с истертыми ступенями, обрамленная расцветающими адзисай, вела к маленьким древесным воротам. Два раза обойдя всю местность храма, я так и не отыскала этот уголок. Пришлось спросить у девицы, продававшей в киоске храмовые сувениры. Она показала мне рукою направление, где я уже была. Подойдя снова, я сообразила, что не увидела эффектной перспективы лестничного подъема из-за повсевременно передвигающихся в этом месте людей. Также тяжело было сфотографировать статую сидячего Дзидзо, покровителя малышей и путников.
Невзирая на то что образ сотворен из бетона и пластика в целом достаточно суховата, он вызывает симпатию своим отрешенно-ласковым ликом, а цветочки в чаше, которую он поддерживает обеими руками, присваивают ему актуальную достоверность.

Г. Шишкина

Аналогичный товар: Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.