400-летие Романовых

Из номера в висок

400-летие Романовых Начнем из Перми, от строения бывшей гостиницы «Королевские номера», дома с лепниной на окнах, вазонами и стрельчатыми окнами. Теплым июньским вечерком 1918 года к гостинице подъехали три фаэтона под управлением предводителей рабочих Мотовилихинского завода – Маркова, Иванченко, Мясникова и Колпащикова. Предъявив липовый орден, Миши Александровича и его секретаря Джонсона усадили в два различных фаэтона.

Процессия отправилась в сторону Мотовилихинского завода. Приблизительно в 7 километрах от Мотовилихи, проехав Малую Язовую, приблизительно в километре после керосиновых складов Нобеля, процессия свернула с дороги на право прямо в лес и, удалившись от дороги на 100—120 метров, тормознула. Была дана команда выходить из повозок.

Наш автобус проследовал по вышеперечисленному маршруту. Миновав центр городка, корпуса действующего Мотовилихинского завода, приостановился у высочайшего холмика с белоснежным крестом на черном основании. Рядом с крестом – часовня по форме напоминающая королевскую корону. На верхушку ведет грунтовая дорога в тоннеле леса. Стальные ворота открыл седовласый старец, который со размеренной грустью поведал историю двойного убийства.

Ночкой в полной мгле, либо свете керосиновых фонарей, на ощупь, либо бездумно первым выстрелил Марков. Пуля попала точно в висок Брайану Джонсону. Браунинг Колпащикова выдал осечку. Пуля Жужгова прожужжала в плечо Романова. Раненный князь «с растопыренными руками побежал по направлению ко мне, прося попрощаться с секретарем» (по мемуарам Маркова). Цитируя последнее, старец выходит во двор и направляется к часовне. Крестится.

Напротив часовни древесный дом с выставкой, посвященной 100-летию со денька посещения Пермского края Величавой княгиней Елизаветой Федоровной в июле 1914 года. Старец громко поскрипывает половицами и цитирует старенькые документы о посещении Елизаветы. Из окон дома с горы раскрывается широкий вид на узкую ленту дороги, ведомую из городка.

Спустя пару минут лента уведет нас прочь с холмика, креста и печального старца навстречу Соликамску, Чердыни и концу земли российской – арестантскому селу Ныробу.

Изумрудные купола и купеческие клады

400-летие Романовых А есть ли жизнь за Ныробом? Этот вопрос интересует до сего времени. Когда-то это был конец империи. Далее шли одичавшие инородцы, объединявшиеся в понятиях российских словом Югра. Оттого и сослали первого Миши Романова на край света, чтоб даже память о нем иссякла. Одна дорога заняла два года.

Проделываем только часть пути, который когда-то в 1600 году прошел вельможа Миша в оковах. Наш промежный пункт – Соликамск, соляной вотчины Демидовых.

Город встречает нас солнцем и гулом колоколов. Минуем главную площадь с россыпью белых церквей с зеленоватыми куполами. Под гул колоколов забираемся далее, вглубь империи.

Последующая наша остановка Чердынь – центр Перми Величавой. Сидя на высочайшем холмике, можно порадоваться обилию ландшафта, зеленоватым буграм, разноцветным церквам. Ничто не нарушает одного строительного своеобразия. Виды похожи на фото Прокудина-Горского, изготовленные сначала XX века. Не город – а затерянный исторический рай. Прогуливаясь, тут можно натолкнуться на клад XV века, заржавелые купеческие замки XVIII и вывески XIX века.

На краю земли

400-летие Романовых Маленькая передышка, еще несколько 10-ов км и нас встречает село Ныроб, бывшая деревня Ныробка. Приветствует колющейся проволокой и смотровой вышкой при заезде. Село продолжает свои древние традиции узничества. Часть дороги сопровождают мультислойные заборы, извивы труб котельной, горы опилок и обнадеживающая надпись «Вася в хороший путь». Сейчас часть обитателей села живут тут вынужденно в Исправительно-трудовом учреждении со сложным обозначением «Ш-320».

Наша цель – место пребывания первого арестанта – Миши Романова. На подъезде к часовне-яме нас встречают стрельцы в кафтанах с суровыми кликами : «Вы кто такие? «С какой целью пожаловали? Люд свободный, али холопы какие?».

Пройдя тест на знатность у стрельцов, мы были допущены к реликвии. В часовне пахнет сыростью. В яму ведут высочайшие ступени. Непроходимая темнота. Потертые гладкие камешки снутри. Знобящий холод. Стоит только догадываться каково здесь было зимой.

Экскурсовод на свету увлеченно повествует « Для именитого заключенного на окраине деревни вырыли яму «сажень глубины, сажень длины и ширины». Сверху яму закрыли древесным настилом, в каком сделали только прорезь для спуска еды». Невзирая на нечеловеческие условия содержания в яме, Миша прожил практически год. Скончался в августе 1602 года. По неким историческим данным погиб он не собственной гибелью. Стрельцам надоело его сторожить и они решили ускорить кончину Миши.

Оценить всю тяжесть заключение (хотя бы зрительно) можно в Краеведческом музее Чердыни, в каком хранятся подлинные кандалы XVII века весом три пуда. Они состоят из 3-х частей – кольца на руки, на ноги и решетки на шейку. Это единственный аутентичный предмет тех пор.
Тема узников длится в «Мемориальном центре М.Н. Романова» в Ныробе, в каком фактически все экспонаты, картины, королевский резной трон, также древесная мебель изготовлены руками заключенных. Некие из их посиживают на всю жизнь. Через картины передается эта печальная обреченность места, людей которые застряли тут навечно, также истории, которая так грустно началась и так трагично завершилась…

P.S. Создатель статьи, редактор раздела Наша родина, благодарит фирму «Валида» и лично Лену Борисовну Шперкину за красивую компанию тура!

Наталья Рыбальченко, Tourinfo.ru

Аналогичный товар: Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.
Источник: ural-auto.com

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.